И вновь я посетил (Санкт Петербург)

Санкт Петербург. Как же давно я здесь не был - более 15-ти лет, то есть ещё до того, как там побывал Собчак! Знаменитый мост уже не кажется таким огромным, сердце уже не бьётся так учащённо. Луковичные купола православной церкви поменяли свою раскраску с латунной на голубую. А в самой церкви всё так же уютно. В октябре 1990-го года я отстоял здесь службу на малопонятном мне церковно-славянском языке. Большинство присутствовавших на ней наверняка покинуло этот бренный мир. Они и тогда уже на ладан дышали. Вспомнил, как по окончанию службы священник встал у выхода, а покидающие церковь целовали ему руку. Я сказал своему провожатому, Анатолию Александровичу - активному прихожанину церковной общины, что не смогу поцеловать руку мужчине, пусть даже и «батюшке» - это было бы неискренне с моей стороны. А он уговаривал меня воспринять это как ритуал. Так мы и продвигались к выходу. Как ни странно, в памяти не сохранилось, поцеловал ли я тогда эту руку, но сам процесс переживаний по этому поводу запомнился хорошо.

До сих пор храню 2 письма ко мне Анатолия Александровича, родившегося в Болгарии в 1923-м году, сына генерала Белой Армии. Ни до, ни после этого больше никто мне в «старой русской орфографии» не писал. Оказалось, что он жив и даже продолжает петь по воскресеньям в церковном хоре. Правда, встретиться с ним мне не удалось, поскольку на воскресенье у меня были другие, «внецерковные» планы. Вместо этого поговорили по телефону.

Пусть и не жарко (февраль всё-таки), но заехал покупаться на питерский пляж. Хотя народу довольно много, никто кроме меня заходить в воду выше колена не решался. А я-то себя за неженку считал. Вечером того же дня рассказал своим американским знакомым о том, как 15 лет тому назад переплывал недалеко от СПб с материка на отдалённый метров на 800 островок. Где-то на середине дистанции надо мной начал кружить вертолёт, а через несколько минут появился патрульный катер. Склонившийся через его борт полицейский поинтересовался, всё ли у меня ОК? Получив положительный ответ, отчалил. Мои друзья сказали, что я рисковал – в здешних водах обитают не только достаточно безопасные для людей акулы, но и аллигаторы. Постфактум я испугался за себя «тогдашнего». Всё-таки не зря утверждают, что дуракам везёт. Их даже аллигаторы не трогают – брезгуют, вероятно.

Но началось моё 4-е короткое (blitz)пришествие в «империю толстяков» (вернее, только в самую южную её часть - Флориду) отнюдь не с Санкт Петербурга, а с Орландо, где я участвовал в 3х-дневном семинаре, после которого арендовал на 4 дня автомобиль и поехал в сторону Мексиканского залива. Там в городке Bradinton к югу от St. Petersburg живёт сестра моего давнишнего американского друга из New Jersey.

Откуда навезли столько толстяков? – не переставал удивляться я. За моё длительное отсутствие в США ситуация по этой части резко ухудшилась. Теперь в глаза бросаются не только сверхгабаритные толстяки обеих полов и всех возрастов, но и неимоверно большое количество просто людей «без талии». Отвратительное зрелище. Самое удивительное, что никаких комплексов неполноценности по этому поводу они, похоже, не испытывают. Да и то правда – они же едва ли не в большинстве, чего же стесняться? Это же почти «норма жизни». Поглядев на то, что они едят и пьют, удивление проходит. Зайдя (заехав, конечно) подкрепиться в „Seven Eleven“, мне стоило большого труда отыскать там хоть что-нибудь съедобное - фрукты.

Зачем мне вообще понадобился этот несчастный «7/11» (можно смело переименовывать в «9/11»)? Ведь знал же заранее, что это такое. Да просто другого на мили вокруг не было. И так почти везде. Не сомневаюсь, что где-то есть и что-либо более пригодное для желудка, но все самые «парадные места» заняты вот этими забегаловками. Даже в „Animal Kingdom“, куда посетители приезжают со всей Америки и даже из других стран, трудно перекусить чем-либо, кроме всей этой „junk food”.

Неужели всё так плохо, ни одного положительного момента? Да нет, есть и один положительный - за 8 дней только однажды видел курящих - в специально отведённом для этого грязного дела уголке. Прикидывая, что лучше – никотиновая вонь или же изуродованные питанием и образом жизни тела, так и не смог прийти к однозначному ответу.

Признаюсь, летел в USA с некоторым предубеждением, развившимся у меня за годы проживания в Швейцарии. Первоначально восторженное, порой даже эйфорическое отношение сменилось сначала на умеренное, а потом и вовсе на скептическое. Впрочем, это не относится к большинству из моих американских друзей. Эта поездка не развеяла моих предубеждений. Она вообще не вызвала во мне особых переживаний. Ещё пару лет назад я бы волновался, возвращаясь в страну, подарившую мне столько восхитительных моментов, в которой я в достаточно зрелом уже возрасте вновь почувствовал себя ребёнком, ничуть не стесняясь этого.

«Нынче же не то, что давеча» – не только сама Бушландия стала мне неинтересной, я перестал понимать этих людей. Разные мы всё-таки люди – американцы и европейцы. А ведь было время, когда я так не считал. Впрочем, ввиду краткосрочности поездки объективности в таком суждении немного. Да я на это и не претендую. Просто фиксирую свои мимолётные впечатления ...

Февраль 2006 года.